Memento mori.

На днях я видела смерть. Не образ и уж точно не не понятно что в черном плаще и с косой в руках. Все гораздо прозаичнее, right down to earth, и от этого страшнее страшного. Я приехала в свой подмосковный городок, шла к остановке, чтобы доехать на автобусе до дома. Прямо у остановки я увидела людей в синей форме - фельдешеров, которые сгруппировались вокруг небольшого прилавка импровизированного рыночка прям у автобусной остановки. Пройдя чуть вперед, я увидела и скорую помощь, а в просветах между фельдшерами смогла разглядеть пожилую женщину, которая лежала на земле уже без пальто, в толстом шерстяном свитере и теплых штанах. Тело совсем обмякло, лежало на земле в совершенно неудобной позе, в которой вряд ли смог спокойно находиться живой человек. Фельдшеры пытались положить тело на носилки, хватая то за ноги, то за руки, без всякого уважения к скорее всего уже умершей женщине, без всякого профессионального подхода: потянув за руки, задрался свитер, оголилось тело, вывались старческие груди; фельдшеры даже не стали поправлять одежду. Кое-как тело уложили на носилки, лицом вниз. В самый последний момент, перед тем как поднять носилки, решили все таки поправить тело - перевернуть его лицом вверх, и оправить одежду. Унесли. Остался прилавочек, сооруженный из наставленных друг на друга деревянных ящиков, на нем - меховая шапка, закрученные банки с соленьями, скомканное пальто лежало на земле рядом.

Страшно видеть любую смерть: похороны, аварии, умерших от внезапного удара людей где-нибудь в общественных местах; но еще страшнее видеть то, как пренебрежительно относятся к телу буквально час назад живого человека. Не надо никаких почестей, просто элементарного уважения будет достаточно.

Париж, дубль три.

В апреле я в третий раз поеду в Париж за этот еще совсем небольшой год (нет-нет, я не жалуюсь); в третий же раз попаду в Помпиду. Потому что в январе мы были на основной экспозиции + Мунк, в марте - на основной экспозиции + Danse de la vie или как-то так, а в апреле мне придется вести туда Машэ, которая, дожив до почтенного возраста Господа нашего Иисуса Христа, первый раз в жизни едет в этот прекрасный город. А вы сами понимаете, побывать в Париже и не посетить Помпиду, это прям как-то не по-интеллигентски. Но Помпиду я уже скоро буду ненавидеть. А кассиры в кассах центра вот-вот начнут со мной здороваться и даже широко улыбаться, завидев меня приближающуюся к кассам - deux billets SVP. Такой вот почет и уважение.

Вместо Помпиду с пребольшим удовольствием я сводила бы Машэ в Экспериментальный коктейльный клуб. Во-первых, и это самое главное - там есть совершенно прекрасный бородатый кареглазый бармен. И помощники у него тоже очень даже ничего, скажу я вам. А красивые мужчины в наше время - страшная редкость. Хоть это и не касается Парижа, потому как, после Тель-Авива, это второй город по концентрации красивых мужиков, из которых - добрая половина - абсолютные натуралы, аллилуйя. Но мы то живем не в Париже, а как раз там, где, если красивый, опрятно и стильно одетый, то гей, а если допускаешь мысль, что красивый и опрятно одетый - метеросексуал, forget it, детка, он гей. Вот поэтому, даже будучи в Париже, я все равно продолжаю думать, что красивые мужчины - их днем с огнем не сыскать. И значит - Экспериментальный коктейльный клуб. Во-вторых, там отличные (тем более для совсем некоктейльного Парижа) коктейли - все таки через какое-то время устаешь хлестать только одно вино, хочется чего-нибудь позадористей. В третьих, прекрасная атмосфера. Все, себя я убедила, осталось уговорить Машэ.

Еще я бы сводила ее прогуляться по набережным и мостам. Потому что приехать в Париж и не поплевать с мостов - это просто пустая трата времени. Знаете, меня всегда переполняют такие чувства, когда харкнешь как следует в воду, потом бежишь быстро на другую сторону моста и ждешь, когда течением пронесет твой плевок, если он еще не расплылся в воде - именно поэтому харкнуть надо как следует. И потом, в этом что-то есть экзистенциальное и даже трансцендентное. Вот тут не будем вдаваться в подробности.

А после мы пошли бы на рынок красных детишек. Потому что это не просто поход на рынок, это событие. Там можно пожрать - от азиатской кухни до ливанской, ну и, конечно, парижские блинчики, как следует выпить в местной винотеке или посидеть в кафе. И все это в очень ненавязчивой, ненапряжной, я бы даже сказала, раздоблайской атмосфере. Потому что, знаете что? Ничего нет хуже астрономически дорогого и охренительно стильного ремонта-дизайна заведения и говеной кухни, как это часто бывает у нас тут. Так что долой все условности, гони вкусную еду! Ну и вина, что уж там.

Потом бы я повела Машэ в музей Пикассо. Я не знаю, на кой черт мне сдался Пикассо и его музей, просто я столько раз мимо него проходила и думала "а не зайти ли", что не исключаю таких мыслей и в этот раз. Но если мы туда не попадем, я сильно не расстроюсь.

После неудачного похода в музей Пикассо, я бы повела Маху есть пирожные попелини. Я понимаю, что в Париже надо есть макароны (les macarons, а не пасту), но если вы хотите выпендриться по-взрослому и небанально, то надо есть попелини. И потом, это действительно очень вкусно: маленькие пироженки с заварным кремом разных вкусов и цветов - от лимонного и фисташкового, до кофейного и - ням-ням-ням - соленой карамели, с разноцветной же глазурью… и да, там такой красавчик продавец… Хотя, вполне вероятно гей, потому что кондитерская расположена в гейско-еврейском Марэ.

Еще бы я показала Машэ Сорбонну как оплот несбывшихся моих мечтаний. На самом деле, я очень хочу проверить, осталась ли еще там нацарапанная на мраморе фонтана надпись Sarco Fasciste, или ее как-нибудь уже затерли. Ну очень надо. В 2007 году надпись там была.

Можно было бы свозить Машку на улицу мучеников, так как там вовсе и не мученики, а очень даже прекрасные кофейни и едальни. И Сакре-Кер видно, так что можно сразу двух зайцев убить.

А потом бы бросила Машку где-нибудь на левобережных бульварах - пускай шляется и смотрит на красивую жизнь местных богатеев, и побежала бы по своим делам, коих у меня в Париже немного, но все, что есть, очень важные.

Разговорчики за едой

***
Тяжелые будни начинающего вегетарианца (кафе московское)
- Вот, есть цыпленок. Может закажем на двоих? Поклюем?
- Мах, я ж это, не ем мясо и птицу, по крайней мере, пытаюсь.
- А ну да, да…
Полчаса спустя Маха все таки клюет цыпленка, который никак не хочет уменьшаться в тарелке (все таки уже сильно поздно, а Маха, как это водится у многих перед началом весенне-летнего сезона, на диете), укоризненно поглядывая на Маху всеми своими оставшимися и еще необглоданными конечностями.
- Гай, ну может поклюешь?
- Мах..
- А ну да, ну да, забыла. Но я тебе хочу сказать, что цыпленок так себе, ничего особенного, ты ничего не теряешь.
- Мах, мне даже и не хочется...
- Не, ну это я так говорю, чтоб тебе не так обидно было.

***
Я знаменитость (кафе парижское)
- У меня все в порядке с лицом?
- Вроде да…
- А на голове что - полный ужас?
- Ну не ужас, все нормально.
- А с одеждой?
- Да все нормально!
- А что же на меня тогда этот пожилой мужчина за соседним столиком так пристально смотрит? Точно что-то не то…
- Может ты ему понравилась.
- Ну можно же просто поглядывать, а не откровенно пялиться, развернувшись вполоборота!
Спустя какое-то время.
- На меня постоянно смотрит та девушка за дальним столиком.
- Тебе кажется.
- Да нет же, вот опять смотрит, а теперь что-то говорит своей соседке. Вот смотри, сейчас соседка тоже посмотрит на меня как бы невзначай, я эти приемчики знаю.
- О, и правда повернулась.
- Я ж говорю. Что они все на меня смотрят? Я, конечно, смешно выгляжу, но не настолько, чтоб пялиться на меня без остановки! Я знаю! Я похожа на какую-то неизвестную знаменитость!
- Точно…
- Не, ну вот как все говорили про этого Дюжардена, а я все не могла понять, кто он такой, что про него все постоянно говорят, как он хоть выглядит? А он возьми да и Оскара получи. Теперь-то я, конечно, его знаю даже в лицо. Вот и я на какую-нибудь такую же знаменитость пока еще не всем известную похожа.
- Ага..
- …ну или что-то не то с прической.

***
Тяжелые будни начинающего вегетарианца 2 (Дача)
- Дочь, съешь пирожок, очень вкусные пирожки, мне их у нас в столовой повара сделали специально в дорогу.
- А с чем они?
- Есть с мясом и с капустой, вот, возьми попробуй.
- Пап, но я мясо типа не ем, ты же помнишь?
- Дочь, ну конечно помню! Ты не ешь мясо, я что, дурак что ли тебе его предлагать? Я уважаю твой выбор, да. Пробуй давай, этот - с капустой.
Кусаю пирожок. Он оказывается с мясом.
- Папа, он же с мясом! - истошно ору.
В ответ мне был смех стремительно уходящего на кухню родителя. От греха подальше, видимо.

.

Deeply and madly

Этот день.

Сегодня чудесный день, хоть и морозно, но солнце светит с такой силой, что на улице началась капель. Представляете? Февраль, мороз -15С и капель. Потому что солнечные лучики неустанно увеличивают угол падения, и уже совсем скоро будет тепло и прекрасно и без снега - что важно мне. А еще сегодня праздник. И хоть все мои друзья - все сплошь интеллигентные и интеллектуальные личности - возмущаются по поводу маркетинговой истерии этого праздника, да и вообще по поводу самого праздника, я должна сказать, что праздник мне этот очень нравится. Мне нравится вся эта романтическая шняга, даже пирожные в форме сердечек в кофейнях нравятся. У меня прям сердце щемит от умиления. Ну а что вы хотите от человека, который пускает слезы умиления при просмотре новогодней рекламы кока-колы?

Но на самом деле с этим днем у меня связано очень дорогое моему сердцу воспоминание. У нас в семье, понятное дело, про этот праздник может и слышали, но уж точно никогда не праздновали. И вот однажды, когда мама была в очередной длительной ссылке в больнице, я как-то позвонила ей поболтать (и это “как-то" было как раз 14 февраля), и она мне рассказала, что к ней заезжал папа навестить ее и привез совершенно огромный букет алых роз, даже сосчитать было невозможно, сколько там было роз. Все женщины в палате просто ахнули и притихли, когда увидели папу с этим букетом роз. Папа подошел к маме, подарил ей букет, поцеловал и поздравил с 14 февраля. Папа, который никогда не мог запомнить, как зовут мою классную руководительницу - каждый раз, когда мама рассказывала после собрания про мои “успехи” и что Елена Львовна сказала, что нужно подтянуть то-то и то-то, первое, что спрашивал мой папа: “Кто такая Елена Львовна?”, и так на протяжении всех средних и старших классов; папа, который всегда забывал про дни рождения своих близких родственников, а однажды даже забыл про меня в день моего же дня рождения - он просто забыл забрать меня в тот день из детского сада; папа, который вечно забывал, что планировал или обещал, и мама каждый раз на это парировала: “у нашего папы семь пятниц на неделе”; папа, который в принципе не мог сделать ничего романтического для мамы, а мама никогда особо и требовала - у них все было очень down to earth; и вот этот папа вдруг вспомнил про день Св. Валентина в день этого самого Св. Валентина и подарил маме огромный-преогромный букет роз. Самое интересное, что мама и сама не помнила про этот праздник, оттого ее удивление не знало границ.

И теперь каждый день Св. Валентина я вспоминаю про этот букет алых роз. И не могу ненавидеть этот праздник, правда. А кто бы смог? Вот такая вам история любви от меня.

Будьте счастливы. При любом раскладе.

And the three men I admire the most…©

В жизни я не люблю людей трех профессий. Точнее сказать, я их просто ненавижу. Это стоматологи, гинекологи и сантехники. Первых ненавижу за то, что тычут мне в рот своими пальцами, постоянно прося открыть его пошире, еще шире, девушка, не засыпайте, при этом деться совершенно некуда, потому что изо рта торчит в лучшем случае какая-то трубка, которая постоянно отсасывает слюну, что языка не просто не чувствуешь, а уже начинаешь бояться за его будущее, а в худшем - иголки из зубов торчат (до самых худших стадий я пока еще не доходила, но чует мое сердце, у меня все впереди, причем в ближайшем "переди"). Вторых ненавижу за то, что копаются у меня сами понимаете где, и тоже деться совершенно некуда, если что, но это ладно. При том, что они копаются там, они же еще норовят залезть в душу и порыться в ней хорошенечко, и уже не понимаешь, на приеме ли ты у врача или пришла на семинар личностного женского роста. А вот третьих я ненавижу за то, что они топчут грязной своей обувью мои полы и коврики в ванной и туалетной. И это еще полбеды! Потому что делать они это начинают молниеносно: только откроешь входную дверь, а они уже тут как тут - копошатся в ванной или туалетной и оставляют после себя лужи грязи от талого снега, который застрял у них в протекторе подошв. Однажды на мой возглас "ну что же вы делаете, мужчина, вы разве не видите, что тут чисто, и вообще, это же санузел!", мне так и сказали: "Гражданочка, так к приходу сантехника готовиться надо, вы что ли не знали?" Я стояла после этих слов несколько минут в шоке, потому что даже и не подозревала, что а) к визиту сантехника нужно готовиться, б) человеку будет сложно попросить отодвинуть вбок коврики, чтобы, уж если он натопчет, то не замарал бы эти самые коврики, и в) …он бы сделал так у себя дома? Когда я очнулась, было уже слишком поздно: коврики были все засраны, а по виду сантехника я поняла, что хуже будет только мне, если не дам ему доделать начатое или хоть как-то буду мешать процессу своими нравоучениями. Я просто удалилась в комнату и там выпустила пар, обматерив все - от сантехника до страны. После этого случая я стараюсь вызывать сантехников только в самых крайних случаях, потому что хуже ковыряния во рту и, простите, в пизде пальцев совершенно чужих тебе людей, может быть только бесцеремонное топтание грязных сапог какого-то дядьки-сантехника по чистым коврикам и полам ванной и туалетной, так дядька этот может быть еще и не очень трезв к тому же. 

Я тут обнаружила течь у одного вентиля в туалетной. Один горе-сантехник мне уже пытался его починить, что-то там подтянув и сказав при этом, что лучше б я этот вентиль не трогала вовсе (а он меж тем перекрывает воду одной из, как я понимаю, главных труб, которые идут сквозь все этажи). Я его, конечно, тронула, когда уезжала из квартиры надолго, чтобы, если вдруг что, не затопить полдома. Так вот, со временем этот самый вентиль опять дал течь. И я не понимаю, что мне делать и к кому обращаться. Потому что папа теперь слишком далеко (и стал уж больно важным, чтобы его просто взять и попросить подтянуть кран там или вентиль), на брата надежды никакой, а кого-то просить из друзей мужского пола не представляется возможным, дело все таки…интимное. Может какие видео-курсы есть в Интернете "как починить течь вентиля", а то уж больно не хочется сантехника жэковского вызывать, я лучше лишний раз к гинекологу схожу, ну или к стоматологу. Я еще не определилась, кого из последних ненавижу сильнее.  

Петиция

Спрашиваю у коллеги, с которым не только работаем в одной команде, но и что-то вроде дружим, подписал бы он за меня петицию. Просто петицию, без каких-либо подробностей.

- Какую еще петицию?
- Ну блин, просто петицию, за меня. Вот подошли бы к тебе и спросили, мол, вот за эту гражданочку заступитесь?
- Ну нет, я так не могу, мне нужно конкретно знать, с какого перепуга я должен подписывать за тебя петицию, а главное - перед кем? Вот если бы подписать петицию, по которой тебе по башке надавали бы хорошенечко, за это - только пожалуйста, прям сейчас - давай сюда свою петицию!
- В этом никто не сомневается, что за такое ты не раздумывая свою подпись поставил бы, ну а вообще? Вот представь, решается мое дело в самом высшем из высших судов, прямо скажем неземном, но уточнять не будем, и от твоего голоса зависит или меня того, или пусть идет на все четыре стороны, подписал бы за меня петицию?
- Мне все равно надо подумать. Давай это как-нибудь в другой раз обсудим.

А вы бы подписали за меня петицию? Я просто собираюсь подавать прошение в кармический отдел. Хотела бы приложить к ней петицию. Чтобы наверняка. Как при подачи документов в американское посольство.